09.03.2017

Министр иностранных дел Германии Зигмар Габриэль
(© Bundesregierung / Bergmann)
Новый министр иностранных дел Германии Зигмар Габриэль в канун своего первого визита в Россию в новом качестве дал эксклюзивное интервью руководителю редакции внешней политики "Интерфакса" Ольге Головановой, в котором разъяснил, почему так важен диалог Берлина и Москвы, выразил тревогу в связи с военной активностью России в Калининградской области, предостерег от попыток совершения кибератак к выборам в бундестаг и подтвердил поддержку правительства ФРГ проекту "Северный поток-2".

- Господин министр, в вашу бытность вице-канцлером и министром экономики Германии вы не раз посещали Россию и делали заявления о необходимости налаживания позитивного диалога с РФ. Какую линию вы будете проводить на новом посту в отношении Москвы, какой сигнал привезете?

- Россия - это крупный и важный сосед Европы. Мы нуждаемся друг в друге и в как можно более успешном сотрудничестве - ради мира и безопасности в Европе, но также и для преодоления многочисленных крупных конфликтов в мире. Это касалось иранской ядерной программы, это касается и положения в Сирии или в Ливии в той же мере, как и конфликта на востоке Украины. В то же время нельзя забывать и о том, что между Европой и Россией имеются противоречия в важных вопросах. Что от нас требуется - это неуклонно работать над их разрешением. Это возможно лишь в том случае, если мы будем вести тесный диалог на всех политических уровнях. Поэтому сегодня я нахожусь в Москве.

Мы должны и стремимся продолжать поддерживать и углублять миллионы контактов, связывающих наши две страны в обществе, культуре и экономике. Это во многих случаях неплохо удаётся: в прошлом году вновь значительно выросло число молодых людей, принявших участие в программах обмена между Россией и Германией. Ведь это свидетельствует о том, что наш интерес друг к другу не ослаб, а как раз наоборот. Поэтому мы правильно делаем, создавая для новых поколений новые возможности для сближения.

- В прошлом вы не раз высказывали мнение, что санкции с России должны быть сняты или, по крайней мере, ослаблены. Эксперты связывают это с тем, что ранее вы представляли интересы промышленности и бизнес-кругов ФРГ. А что теперь? Как Вы теперь формулируете свою позицию по этому вопросу в канун приезда в Москву? В свете последних событий у вас больше или меньше оптимизма относительно перспектив снятия санкций?

- Как и прежде, действует принцип: санкции - не самоцель; они увязываются с предметным выполнением Минских договорённостей в целях мирного разрешения ситуации в Украине. Я был бы очень рад, если бы в выполнении Минских соглашений был наконец достигнут прогресс и мы могли бы говорить в том числе и о поэтапном ослаблении санкций. Правда заключается в том, что этого до сих пор не произошло.

- Вы недавно посетили Украину. Как заявляют в Москве, Запад уже начинает осознавать, что выполнение Минских соглашений – по крайней мере, в их политической части - стопорится Киевом. Разделяют ли такие оценки в Берлине и работаете ли в этом направлении с нынешними киевскими властями? Как вы оцениваете растущую напряженность на линии соприкосновения в Донбассе? Хотелось бы также услышать ваше мнение по поводу блокады Донбасса, организованной националистическими силами, и усугубления в этой связи энергетического кризиса на Украине.

- Честно говоря, я был бы рад, если бы обе стороны хотя бы соблюдали режим прекращения огня, договоренности об отводе тяжелых вооружений и разведении вооруженных формирований. Мы с болью вынуждены смотреть на то, как люди с обеих сторон страдают там от военных действий. Необходимо расширять меры по оказанию гуманитарной помощи. Вместо этого, согласно свидетельствам нейтральных наблюдателей ОБСЕ, обе стороны продолжают нарушать режим перемирия. В ходе нашей встречи в "нормандском формате" с министрами иностранных дел Франции, России и Украины на полях Мюнхенской конференции по вопросам безопасности нам пообещали использовать все инструменты влияния для того, чтобы наконец было обеспечено соблюдение перемирия и могло начаться то, о чём уже давно была достигнута договорённость: отвод тяжёлых вооружений с линии соприкосновения и демилитаризация особо конфликтных участков. Кроме того, мы призвали к снятию блокады автомобильных и железных дорог, поскольку эта блокада вредит всем. Ни одно из этих обещаний до сих пор не было выполнено в достаточном объёме. Это опасно, поскольку мы в любой момент можем скатиться в новую военную и политическую эскалацию. И это свидетельствует о том, что нам необходима не только приверженность Минским договорённостям, но и политическая воля для их выполнения, иначе мы в итоге не сдвинемся с места, а страдать будут люди в Донбассе.

- Нуждается ли, по вашему мнению, в некоем перезапуске как минский процесс в целом, так и нормандский формат? Глава МИД Украины Павел Климкин назвал мифом якобы достигнутую в Мюнхене договоренность не расширять формат за счет США. Сергей Лавров заявил, что Москва не возражала против присоединения США к "четверке". Можете разъяснить позицию Берлина по этому вопросу?

- Пока я ни из Москвы, ни из Киева не слышал желания изменить формат. Но прежде всего, я не знаю, что подразумевается под "перезагрузкой"? В конце концов, все переговоры сводятся к одному и тому же вопросу: заинтересованы ли обе стороны в том, чтобы заставить наконец орудия замолчать и вступить в процесс мирного урегулирования конфликта? Минские договорённости описывают все важные вопросы, которые возникли бы при начале любых новых переговоров.

- Незадолго до визита в Москву вы посетили базу в Рукле в Литве, где находятся военные и боевая техника из Германии. В Москве с тревогой было воспринято появление "немецкого сапога" в 100 километрах от РФ впервые после Второй мировой войны. Воспринимается ли Россия в качестве непосредственной угрозы для Германии и насколько далеко готов зайти Берлин - пускай и в рамках НАТО, в расширении своего присутствия на восточном фланге альянса?

- И на это я дам честный ответ, который я хотел бы начать с вопроса: действительно ли от этих столь маленьких по сравнению с Россией или другими государствами Европы балтийских государств исходит такая большая опасность, что с российской стороны возникла необходимость наращивания такого огромного военного потенциала? По сравнению с ним количество германских военнослужащих ведь практически ничтожно. Не Германия и не другие государства НАТО появились в Прибалтике первыми. В Восточной Европе широко распространено ощущение неуверенности после российских действий в Украине. К этому мы должны относиться серьёзно. И ещё важнее было бы поэтапно вернуться к мерам по разоружению. Мы за последние тридцать лет так многого добились для обеспечения безопасности Европы: прозрачность, контроль над вооружениями и разоружение являются важными элементами нашей общей безопасности, которую мы обязаны сохранять и укреплять. Безопасность будет обеспечена в том случае, если мы вступим друг с другом в диалог и примем меры, создающие и укрепляющие взаимное доверие. Поэтому, с моей точки зрения, так важно, чтобы Совет НАТО - Россия вновь проводил регулярные заседания, и чтобы велись переговоры о мерах по снижению рисков в Балтийском регионе. Мы любой ценой должны предотвратить сползание во времена холодной войны.

- Как вы расцениваете размещение в Калининградской области "Искандеров-М"? Каков может быть ответ НАТО, членом которого является Германия, на этот шаг?

- Если бы ракеты "Искандер-М" были размещены в Калининградской области на постоянной основе, это дало бы нам повод для большой тревоги и стало бы откатом назад в процессе обеспечения европейской безопасности. Поэтому мы очень внимательно и с некоторой озабоченностью следим за тем, что происходит в Калининградской области.

- 21 февраля руководство "Северного потока-2" встретилось с еврокомиссаром по энергетике. Можно ли говорить о шаге вперед по этому проекту по итогам встречи? Будет ли правительство Германии поддерживать его в Брюсселе?

- "Северный поток-2" - это не проект Комиссии ЕС, а инвестиционное решение европейских частных компаний. Для нас важно, чтобы проект реализовывался и работал в соответствии с действующим законодательством ЕС. За этим мы будем следить и впредь. Обмен мнениями между Комиссией ЕС и задействованными компаниями представляется для этого правильным шагом. Мы в Европе заинтересованы в надёжном и долгосрочном снабжении энергоносителями. "Северный поток-2" как дополнительный маршрут снабжения может стать вкладом в реализацию этой цели. И российской стороне уже многие годы известно моё отношение к данному вопросу: нам нужен "Северный поток-2", но нам нужна и надёжность украинских трубопроводов, и надежность обеспечения энергоносителями таких стран, как Словакия, Чехия или Польша. И я чувствую, что наши российские партнёры вполне готовы к этому.

- Многие страны в последнее время обвиняют Россию в кибератаках. Исключением не стали некоторые круги в Германии, которая вступает в избирательный процесс. Есть ли у правительства ФРГ конкретные доказательства таких фактов? Будете ли вы обсуждать это в Москве?

- Возможность кибератак в связи с выборами в Бундестаг мы воспринимаем очень серьёзно, причём независимо от того, откуда будет совершена такая атака! Мы не можем и не намерены допустить, чтобы таким способом были поставлены под удар демократические выборы. Мы со многими государствами ведём диалог в сфере кибербезопасности. С Россией в конце февраля также состоялись двусторонние консультации, которые прошли в весьма конструктивном русле. Совет министров ОБСЕ в декабре 2016 г. принял резолюцию на тему кибербезопасности.

- Как вы оцениваете шансы на достижение урегулирования в Сирии и как вы видите роль России в этом процессе? Недавно западные СМИ сообщили, что российские дипломаты призвали страны ЕС участвовать в экономическом восстановлении Сирии. Действительно ли такой разговор имел место? Готова ли к этому Германия?

- Мир в результате победы в войне установлен не будет. Без политического решения этот ужасный конфликт прекратить невозможно, без политического решения Сирии на долгое время грозят продолжение насилия и дальнейшая радикализация. Поэтому необходимо оказать на конфликтующие стороны массивный нажим извне, чтобы наконец было реализовано то, за что Совет Безопасности ООН единогласно проголосовал в своей резолюции 2254. До тех пор предстоит пройти еще долгий путь. Все, и в первую очередь международные игроки, должны сделать всё, что от них зависит. Россия при этом играет ключевую роль. Мы делаем ставку на то, что Москва использует своё большое влияние на режим Асада для того, чтобы политический процесс в Женеве вылился в серьёзные переговоры. Также мы ожидаем, что и региональные державы будут действовать так, чтобы соответствовать лежащей на них ответственности.

Автор: Ольга Голованова Опубликовано на сайте "Интерфакс 8 марта 2017 года

© Опубликовано с любезного согласия Информационного агентства "Интерфакс"

Пресс-релизы

Поделиться

Вы покидаете мобильную версию сайта Германского зарубежного представительства.